Лев Бакст. От театра до салонов

«Воскреснем ли когда от чужевластья мод?» — Александр Грибоедов, «Горе от ума».

Раскрепощение моды часто ошибочно связывают с Коко Шанель, забывая, что именно русские женщины первыми сняли корсеты. Революционные идеи пришли в моду вместе с театральной антрепризой «Русские сезоны». Костюмы танцовщиков, созданные Львом Бакстом, произвели настоящую революцию в мировой моде.

Санкт-Петербург и Париж

Лев Бакст уже достиг зрелости, когда Санкт-Петербург и Париж стали для него родными. Широкую известность ему принесли иллюстрации к произведениям известных авторов, а всемирную славу — работа в «Мире искусств». В то время он нарушал все каноны, создавая новую красоту и одновременно обращаясь к истории. Символичным событием для него стал Парижский осенний салон 1906 года, организованный Дягилевым, где публика могла познакомиться с исконно русскими произведениями искусства — от древней иконописи до современных картин.

Лев Бакст был желанным гостем не только среди художников и театралов, но и в философских кругах. В то время Россию захлестнули народные волнения: одни искали укрытие в подполье, другие погружались в декадентство. Эстеты творили революцию не на баррикадах, а в будуарах. Став известным дизайнером костюмов, Бакст внедрял «маски» в повседневную жизнь. Окружение оказывало значительное влияние на его смелые дизайнерские решения.

В поисках истины в его жизни появляется Зинаида Гиппиус — Мадонна Декаданса. Эта тонкая, как змея,

женщина смело носит мужские костюмы. Портрет 1906 года предвосхищает изменения в моде: пройдет еще несколько десятилетий, прежде чем женщинам разрешат носить брюки, а пока героиня картины рискует столкнуться с жандармами. В своих мемуарах Гиппиус вспоминала о Баксте: ««Благоразумие» эстетов казалось безумием». Однако признание модельера пришло не в Петербурге. Став частью команды Дягилева, Лев Самойлович отправился представлять «Русские сезоны» в Париж.

 

«Сергей Дягилев показал балет «Шехерезада», и многоцветное неистовство Бакста перевернуло все существовавшие каноны парижской моды так, что даже самые авторитетные знаменитости были вынуждены публично защищать свои позиции, чтобы восстановить пошатнувшуюся репутацию», — вспоминал о впечатлении от балета парижан Юрий Анненков.

Бакст начал свой путь модельера. Одной из первых его заказчиц стала итальянская аристократка Луиза Казати.

По её просьбе художник создал костюм для Индо-персидского танца. Несколько шелковых тканей были вручную отделаны золотыми нитями, драгоценные камни поддерживали летящую конструкцию, а жемчуг обвивал кончики пальцев маркизы. Завершали туалет павлиньи перья на головном уборе. Бакст не сковывал женщину корсетом, позволяя тканям свободно струиться по телу, а длинные ноги маркизы подчеркивались брюками, сшитыми в восточном стиле.

 

Шелковый король Америки

С началом фабричной эры Лев Бакст начинает массовое производство текстиля в США. В этой стране он готовит основу для своей дальнейшей работы в Париже. Встреча с текстильным магнатом Артуром Селигом приводит к созданию дизайна для шелковых тканей. По запросу Селига Бакст разрабатывает эскизы для индейской коллекции. Позже, по настоянию модельера, в Америке будут изготовлены русские народные орнаменты на больших объемах американского шелка. Бакст сообщает, что за свою работу он получил значительное вознаграждение в долларах и право собственности на свои произведения до конца 1924 года, что обязывает его активно продвигать продукцию своего работодателя.

Влияние русских балетов на моду: позиция Поля Пуаре

Поль Пуаре, признанный король высокой моды начала XX века, в своих высказываниях о влиянии «Русских сезонов» на свою работу подчеркивает, что его репутация была установлена до появления Льва Бакста. Пуаре отмечает, что, несмотря на восхищение Бакстом, он всегда отказывался работать по его эскизам. В его интерпретации, влияние Бакста на него могло быть ошибочно воспринято иностранными журналистами, которые не имели достаточной информации о его творчестве.

Пуаре утверждает, что недоразумение о его позиции относительно Бакста часто возникало из-за недостатка знаний у публики. Он также указывает на то, что некоторые его клиенты воспринимали отказ работать по чужим эскизам как проявление ревности, однако сам модельер утверждает, что это не имело отношения к его оценке работ Бакста. В своих воспоминаниях Юрий Анненков подчеркивает, что Пуаре не всегда восхищался стилем Бакста, который, по его мнению, часто прибегал к преувеличениям и утрированиям.

Пройдите тест, чтобы лучше усвоить материал.